Литература

Adabiyot

Работа

Мы живем в энергетической Вселенной; куда ни повернешься, в какую область ни заглянешь - будь то изучение звезд и атомов, биология и химия, сфера общественных или экономических наук - мы видим проявления все той же энергии, безудержной активности, производные которых - сила и власть, а в живой материи - размножение, рост, эволюция.
В последние десятилетия коренным образом изменились представления о материи. Исследования показали - все, что нас окружает, состоит из бесконечно малых, наэлектризованных частиц, которые с огромной скоростью вращаются на своих крошечных орбитах; даже кажущиеся неподвижными миры постоянно совершают движение по своим космическим траекториям. Таким образом, бесконечно малое становится бесконечно большим по масштабу выполняемых функций - будь то свет далекой звезды, путешествующий сквозь пространство миллионы лет, прежде чем дойти до нас, по которому мы узнаем о природе раскаленного шара, излучившего его; или извечное чудо превращения семени, гены которого содержат информацию о миллионах лет эволюции, в саженец, саженца - в мощный дуб, или преображение человеческого дитя во взрослого человека. Все это примеры проявления силы и энергии. Бесконечно малое оказывается огромным. Маленький мальчик-корсиканец вырастает, чтобы сотрясти до основания всю Европу, стать виновником гибели тысяч людей и войти навеки в историю человечества. Ученый, пристально вглядываясь в микроскоп, выделяет бациллу тифа или микроб малярии. Тем самым он одолевает исконного врага рода человечества, и благодаря его открытию сотням миллионов людей будет сохранена жизнь.
И коль скоро активность есть свойство любой формы материи (каждый атом камня находится в движении), она присуща и всему живому; если живые существа теряют активность, они переходят в другое состояние, называемое смертью. Активность животных подсознательна; в то время, когда они не охотятся, не спариваются и не ухаживают за своим потомством, они чаще всего чем-то заняты - играют, устраивают жилища, вылизывают свою шерсть. Некоторые живые существа вообще трудятся непрестанно, причем по установленной схеме: муравьи не переставая благоустраивают муравейник, тащат в него пищу на зиму, захватывают других муравьев и заставляют их помогать в работе, сражаются с врагами; и какой бы неприметной ни казалась нам их деятельность, тем не менее они трудятся безостановочно и старательно.
И все-таки ни одно животное не трудится так, как человек. Одно из уникальных достоинств человека состоит именно в том, что его активность, которая является универсальным свойством материи, направлена и устремлена в грандиозное русло, называемое работой. Все свои способности человек отдает работе: его слух работает, создавая музыку и музыкальные инструменты; его руки научились делать все - от примитивных шалашей до стоэтажных небоскребов, от двухколесной тачки до сверхзвукового авиалайнера, от каменного ножа далеких праотцов до скальпеля современного хирурга. Способность издавать звуки породила его речь, которая привела к письменности, а позднее и к книгопечатанию, и теперь мир наполнен книгами, издающимися на многих языках. Его глаза - окна его мозга - дали ему возможность воспринимать живопись, со всем ее богатством формы и цвета, помогли создать приборы, благодаря которым человек становится хозяином окружающего мира; таким образом, приборы геодезиста и оборудование физика - это все те же человеческие глаза и руки - орудия его мозга.
Вряд ли существует другое живое существо, столь же неугомонное по своей натуре, как человек. Ему все время нужно что-то делать. Он не способен часами нежиться на солнце, подобно рептилии, или впадать в зимнюю спячку, как медведь. Даже первобытный дикарь, лишенный, казалось бы, каких бы то ни было амбиций, все-таки что-то делает, что-то создает, о чем-то думает.
Быть в постоянном движении - это норма для человека. Когда мать видит, что ее пятилетний малыш стал апатичным и вялым, она знает, что это признак болезни. С возрастом мы все меньше бегаем и прыгаем, но, тем не менее, мы остаемся в движении до глубокой старости, а, если нам это не удается, значит, мы чем-то больны, физически, психически или духовно. Лишь в исключительно редких случаях врачи рекомендуют человеку полный покой; чаще они советуют сменить обстановку или сферу деятельности, другими словами, заняться чем-то новым, отличным от того, что мы обычно делаем. Даже отдых, по блестящему определению кого-то, - это, фактически, смена занятий.
Наша чудесная способность работать, что-то производить - это и источник нашего счастья. Ничто не может дать нам большего удовлетворения, как завершенная работа. При виде хорошо сделанной работы - будь то испеченный пирог, написанная книга или построенный мост - мы можем испытывать такую радость, какую нам не может дать ничто другое. Даже в горе, в болезни, в бедности или в опасности нам отрадно сознавать, что удалось сделать что-то полезное. Инвалиды войны, люди с нервными расстройствами, умственно отсталые дети в труде восстанавливают свое здоровье и находят выход, казалось бы, из безвыходного положения. Почему же? Потому, что труд необходим нам. Он приводит в движение самые глубинные механизмы нашего существа; подобно тому, как в нашем организме кровь выполняет множество жизненно важных функций - выводит шлаки, обогащаясь в легких кислородом, питает ткани, - так, по-видимому, и работа поддерживает тонус нашего организма, взбадривая нас и вызывая новый приток энергии.
И все же мы, как правило, не осознаем, как не осознаем и многого другого, какую важную роль играет в нашей жизни работа, которая для нас и долг, и привилегия; многие из нас считают ее тяжкой ношей и неизбежным злом или, в лучшем случае, смотрят на нее, как на способ достижения какой-то цели. Неправильно подходя к этой наиважнейшей стороне нашей жизни, люди часто рассматривают работу лишь как способ получения денег, а деньги, в свою очередь, как способ избавления от необходимости работать. Работать в надежде обрести покой, достаток и позволить себе какие-то удовольствия вполне естественно для человека, но если это становится единственной мотивацией труда, то труд обесценивается. Большинство людей делают все наспех, стремясь поскорее закончить работу; зачастую им все равно, как она будет сделана, лишь бы с глаз долой; некоторые же стараются работать хорошо, но только ради тех выгод, которые им это принесет - большей зарплаты и продвижения по службе. И лишь немногие работают ради самой работы, и уж совсем мало людей работает с максимальной отдачей, с желанием довести то, что они делают, до совершенства - такие люди получают удовлетворение от того, что вложили в нее все, что могли.
Хорошо, если у человека есть желание трудиться, применять свои силы, испытывая при этом отрадное волнение. Тогда труд вознаграждает нас живым ощущением радости достигнутого. И все-таки самое глубокое удовлетворение получаешь от работы тогда, когда стремишься довести ее до совершенства. Порой нас утомляет монотонная скучная работа, которой мы вынуждены заниматься; трудно найти что-либо увлекательное в стирке, окучивании картофеля, загрузке угля в корабельную топку, уборке улиц, вечной готовке еды и мытье посуды после нее или в выполнении одних и тех же механических операций на сборочной линии. Конечно, эти занятия малоинтересны, и даже если физически мы с ними справляемся, то душа устает от их монотонности.
Есть, однако, способ получить удовлетворение и от скучной работы, и он заключается в том, чтобы сделать ее отлично. Если вы работаете спустя рукава, лишь с желанием отделаться от того, что вам поручено, работа, естественно, не приносит вам ни малейшего удовольствия; но если сделать ту же самую надоевшую стирку или прополку, или любое другое дело так, как никто до вас не делал, так хорошо, что лучше просто невозможно, - а иначе зачем и браться! - вот тогда наградой вам будет согревающее чувство гордости за достигнутое, о каком бы скромном занятии ни шла речь. Если вы, приступая к работе, скажете: <Итак, это надо постирать? Ну, что ж, я выстираю это как надо!> или <Ага, это надо приклепать? Хорошо, я это сделаю, только дай мне за это взяться!> Удовлетворение, испытываемое при виде хорошо сделанной работы, скорее всего заставит позабыть уныние и досаду.
Одна из самых распространенных <болезней> нашего века - это неумение сосредоточиться. Люди или не могут, или не хотят внимательно относиться к тому, что делают. Трагические последствия этого мы постоянно ощущаем на себе. Невнимательность людей можно сравнить с отраженным светом: его много, но он настолько слабый, что толком ничего нельзя разглядеть. Отсутствие должного внимания приводит не только к тому, что плохо выполняется работа, но и ко множеству несчастных случаев на дорогах, на производстве, дома. Это, естественно, вызывает досаду и взаимное раздражение. Люди делают одно, а думают о другом, а то и вовсе ни о чем не думают. Сколько раз за неделю вам случается сказать кому-то: <Но я же вам говорил...>, а в ответ: <Ничего подобного!> Может быть, вы замечали в разговоре с людьми, что они либо вообще не слушают, о чем вы им говорите, либо слушают невнимательно, не стараясь понять.
Выживание видов всегда напрямую зависело от способности сосредоточить внимание, которое связано с напряжением органов восприятия (в биологии это называется сенсорными органами), на том, что происходит в данный момент, ибо это поможет лучше сориентироваться в происходящем, защитить себя или с большей выгодой воспользоваться предоставившейся благоприятной возможностью.
Если бы каждую минуту мы умели сосредоточиваться на том, что делаем, то не только качество нашей работы было бы намного выше, но и чаще приходило бы к нам чувство удовлетворения. Жизненный опыт отнюдь не вливается в нас подобно неудержимому потоку воды - мы должны вбирать его в себя, анализируя впечатления и события, а это требует концентрации внимания и сосредоточенности. Философское обобщение по этому поводу было сделано тысячи лет назад в Бхагават-Гите:
...Вчерашнее - всего лишь сон,
А завтра - это только греза,
Но если день сегодняшний достойно прожит,
Все дни вчерашние становятся счастливым сном,
А завтрашние все сулят надежду.
Так позаботьтесь же о дне насущном.*
Наши органы восприятия надо не только совершенствовать, но порой и подвергать коррекции. Человеческие существа по своей природе излучатели. Мы устроены так, чтобы отдавать; если мы становимся похожими скорее на губку, чем на излучатель, это признак нездоровья или деградации. Отдавая себя работе, какой бы незначительной она ни казалась, вы обретаете чувство удовлетворения. Может быть, вам вовсе не хотелось этого делать, но, по крайней мере, вы сделали это на совесть. Эта внутренняя потребность в самовыражении и самоотдаче не только благотворна для вашего психического состояния, но и увеличивает положительный опыт вашей жизни.
Окружающий вас мир станет немного лучше благодаря тому, что вы в своей работе постарались достичь совершенства. Если речь идет о вашем доме, то он станет чище, опрятнее, и ваши близкие вместе с вами еще раз порадуются тому, что вы сделали свою работу не кое-как, а с душой. Если же речь идет о вашей профессиональной деятельности, то вашу добросовестность оценят и ваш работодатель, и те, кто пользуется плодами вашего труда.
Все, что мы имеем в жизни, бессмысленно, если не дает видимых результатов, если не приносит счастья и чувства удовлетворения, не помогает более полно развиваться нашим способностям, то есть не приводит к тому, чтобы наша жизнь стала более гармоничной и полезной. Люди, за редким исключением, ищут того, чего у них нет: то им нужна другая работа, то больший доход, то новый бытовой агрегат, обеспечивающий комфорт. Однако, получив желаемое, они редко успокаиваются; обычно поиграют новой игрушкой раз-другой, а потом забросят и забудут, поскольку уже появился новый предмет вожделения. И происходит это не только в результате внутреннего разлада личности, страдающей от духовного голода - чаще всего это связано с тем, что у человека нет занятия по душе. Мы не можем уважать себя, если полностью не отдаемся делу. Часто работа не приносит нам радости, и происходит это оттого, что мы страдаем ужасной болезнью, называемой <потребительство>. Как правило, мы стремимся брать и очень редко - отдавать. В результате происходит самоотравление, некая закупорка личности, потому что ее возможности остаются невостребованными. Подобно роднику, мы должны отдавать свою энергию, черпая в себе новые силы, и в этом логика жизни. Мышца без физической нагрузки ослабевает, и наоборот, чем большую нагрузку она получает, тем сильнее становится. Это вполне соответствует нормальному ритму жизни; борьба, выброс энергии вызывает новый ее прилив и одновременно дает хорошую закалку. Чем больше вы делаете, тем больше можете сделать.
Нет никаких сомнений, что причина, по которой современные люди порой не испытывают гордости за сделанную работу и так мало получают от нее удовольствия, кроется в автоматизации нашего труда. В то, что человек создает своими руками - будь-то метла, коврик, табурет, глиняный горшок, - вкладывается частица его души, что-то непроизвольно переходит от него к сделанной им вещи именно потому, что изготовил он ее собственными руками, обычно для собственного пользования, для своей семьи или своей деревни. Однако вряд ли кого вдохновит работа, состоящая в том, чтобы опускать рычаг на огромной машине и смотреть, как штампуются детали, или работа на токарном станке, когда потоком в большом количестве изготавливаются ножки для стульев. В этом случае процесс труда настолько обезличен, что ваше участие в бесконечной цепи машинного производства кажется ничтожно малым и неэффективным. Это цена, которую приходится платить за ту новую свободу, данную нам машиной. Чтобы значительно облегчить ношу рабочего человека, нам пришлось пожертвовать той долей самоуважения и тем удовлетворением, которое испытывали наши деды, работая своими руками.
Чтобы вернуть себе самоуважение и работать с наслаждением, что само по себе один из величайших источников счастья в этом мире, нам придется немного иначе посмотреть на эту проблему. Работа нужна нам не только для получения средств к существованию, она псхологически необходима. Мы по своей природе труженики, такие же, как пчелы и муравьи, и мы никогда не сможем чувствовать себя здоровыми, если не будем работать - неважно где, в угольной ли шахте, в астрономической лаборатории, в оркестре - труд для нас полезен, он незаменим. Если мы это усвоим, то будем браться за повседневную работу с большей готовностью и рвением. Если мы научимся восторгаться совершенством продуктов труда и будем всецело стремиться к нему, то наш труд станет приносить нам намного больше удовлетворения.
Однако и этого нам недостаточно, и это не совсем то, что нужно, ибо рассуждая так, мы занимаемся самоуспокоением: <Я это сделаю таким образом, потому что мне так нравится>. Работа, которой человек занимается в одиночку и плоды которой никто не увидит, не может принести полного удовлетворения, как не может стать счастливой жизнь одинокого человека, принявшего обет безбрачия, ибо он никогда не достигнет духовного совершенства, найти которое можно только в обществе себе подобных. Работу следует рассматривать как ваш личный дар обществу: <Примите это от меня с наилучшими пожеланиями, это сделал я, Джеймс Смит, и весьма горжусь этим>. Труд - это ваш вклад в лучшую жизнь других и, конечно, в свою собственную. Иными словами, это ваше служение человечеству. Вам могут за это платить слишком мало или слишком много; это может быть очень неблагодарный труд городского мусорщика или очень опасная работа сапера, но если вы делаете ее с достоинством, с сознанием того, что это ваш вклад в жизнь общества, что вы делаете ее хорошо, что вы не какой-то трутень в улье, а честный труженик, сам зарабатывающий себе на хлеб, вы не сможете не ощутить при этом удовлетворения.
Не позволяйте себе остановиться на достигнутом, чтобы не уподобиться застоявшейся в канаве воде, которая в конце концов загнивает и начинает дурно пахнуть. Ощутите, что внутри вас бьют родники, питающиеся от неистощимых, пусть и неведомых, источников. Ваше предназначение - постоянно быть в движении, подобно ручью, так или иначе, в большей мере или в меньшей отдавать другим то, что у вас есть, внося таким образом свой вклад в жизнь человечества. Не просто работайте - служите людям.
Однажды вечером в брюссельском трамвае я получила замечательный, незабываемый урок того, как надо работать. Возвращаясь из деловой части города к себе на окраину, я села в трамвай. Я ехала минут пятнадцать-двадцать, но кондуктор того трамвая успел преподать мне бесценный урок отношения к труду. Это было много лет назад, но с тех пор я не видела ничего подобного. По мере того, как я наблюдала за кондуктором, у меня складывалось впечатление, что трамвай - его собственный, и каждый входящий - его гость, и что он отвечал за всех, кто находился в трамвае. Сам же он совершенно не осознавал этого. Он просто вкладывал в работу всего себя. Обязанности трамвайного кондуктора - продавать билеты, давать сдачу. Вдобавок к этому в Брюсселе тех дней трамвайный кондуктор должен был, к неудовольствию пассажиров, дуть в издававший отвратительный звук медный рожок, давая сигнал водителю, что можно отправляться. Но этот человек, до сведения которого, может быть, так никто и не довел, что от него требовалось только лишь отсчитывать медь и дуть в рожок, помогал старикам, старушкам и детям входить и выходить из вагона, подавал им их свертки, держал на руках ребенка, пока мать спускалась с подножки, ходил вдоль вагона, как хозяин ходит по своей гостиной, устраивал поудобнее усталого человека, предлагал другим пассажирам немного подвинуться, чтобы усадить женщину, и с невероятной готовностью, конечно же, вежливо отвечал на вопросы, по просьбе людей напоминал им об остановках; улыбался и взглядом как бы говорил: <Как хорошо, что вы здесь! Чем же мне услужить вам?> Это было удивительно. Мне невольно пришла в голову мысль: каким бы стал этот мир, если бы все люди выполняли свою работу подобным образом, не сердясь, не обижаясь, не обливая других равнодушием; ведь мог бы и тот кондуктор занять удобную позицию: <Я зарабатываю себе на жизнь, и мне нет до вас никакого дела, я здесь только для того, чтобы компостировать билеты и давать сигнал к отправлению, и это все, что я намерен делать>, но вместо холодного безразличия (столь характерного для большинства из нас), он источал внимание, вежливость, услужливость. И я не сомневаюсь, что при этом он был счастлив. Вкладывая всего себя в эту мало перспективную работу, он взамен получал величайшее удовлетворение; это было написано на его усталом, ничем не привлекательном лице - оно светилось счастьем. Он открыл секрет труда - труда, который есть служение, нашел золотой талисман, который превратил нудную, тяжелую работу в удовольствие, усталость - в удовлетворение, скуку - в заинтересованность. Может ли кто-либо сказать, что его труды пропадали даром, что он вел себя как глупец? Я была всего лишь одним из его пассажиров, но пока я жива, я не забуду этого человека. Как много может сделать всего один человек. Стоит призадуматься, а что, если бы все мы попробовали так трудиться, каким бы стал этот мир! Отдавать - значит получать. Почему это так, остается тайной, но чем больше вы отдаете, тем больше вы получаете для своей души.

Found a typo? Please select it and press Ctrl + Enter.